В интереснейшим эфире программы «Африканское турне» (полностью смотреть 👉🏼 здесь) с ведущим Туралом Керимовым (@turalkerimov) обсудили множество тем. К некоторым из них хотелось бы обратиться детальнее. Например, к отношениям ЮАР и США.
Понятное дело, что первая причина раздражения для администрации Белого дома служит жесткая позиция ЮАР по конфликту в Палестине, очевидно также, что судьба белых фермеров, для склонной к популизму «команды Трампа», будет постоянно артикулироваться на внутреннюю аудиторию республиканцев.
Но есть и другие интересные вещи, о которых стоит сказать.
Например, особая приближенность к американскому лидеру и особое влияние в «команде Трампа», которое имеют миллиардеры южноафриканского происхождения.
Всем известен Илон Маск, южноафриканец родившийся в Претории в 1971 году и эмигрировавший в Канаду в 1989 году. Уроженец Претории никогда не инвестировал и не занимался благотворительностью в своей малой родине, которую он покинул в последние годы апартеида. Это объяснимо. Макс не испытывает особой любви к Южной Африке, особенно к ее правительству. Он назвал закон об экспроприации «откровенно расистским» текстом, обратившись напрямую к Сирилу Рамафосе в твиттере.
Но кроме Маска, в «команде Трампа» имеются и другие выходцы из ЮАР.
Например, Дэвид Сакс, родившийся в Кейптауне и названный Дональдом Трампом в его новой администрации «царем ИИ и криптовалют», а также Питер Тиль, родившийся в Германии, но выросший в Южной Африке и Намибии в эпоху расовой сегрегации. Все они являются крупнейшими спонсорами избирательной кампании Трампа.
Наконец, сам Маск также близок к инвестору Рулофу Боте, внуку Пика Боты, последнего министра иностранных дел ЮАР до прихода к власти Нельсона Манделы.
Всех этих миллиардеров объединяет общая страсть к технологиям, деньгам, власти, либертарианству и южноафриканскому прошлому, которое является значимым для их идентичности, и в каком то смысле объединяет их.
Таким образом, Африка имеет значение, и в этом неожиданном контексте. И новая администрация Трампа, заявляя о сокращении проектов USAID (что наиболее болезненно ударит по африканским странам), и фактическом уходе из многих регионов Африки, тем не менее сохранит именно африканское направление в приоритете своей внешней политики. В том числе в силу своей декларируемой стратегической цели по сдерживанию Китая.